История
Stone Oven House появился не как готовый проект и не как попытка создать необычный отель.
Этот дом складывался из сокровищ, собранных по крупицам.
Сергей Баловин и Клаудия Беккато приехали в Валь-Пелличе с багажом собственных историй и опыта. Позади остались жизнь в Шанхае, годы странствий, десятки стран, сотни удивительных знакомств и открытий. Но, как оказалось, ещё больше предстояло открыть здесь.
В Рора неожиданно обнаружились рифмы между многовековой историей этого места и их собственными поисками свободы и гармонии. Старая усадьба уже хранила память о художнике, когда-то нашедшем здесь убежище. А сама деревня и окружающие горы на протяжении столетий давали приют людям, для которых свобода, знание и простота оказывались важнее безопасности и внешнего благополучия.
Неспешная реставрация постепенно раскрывала значение каждого камня, каждой старой доски, каждого кованого гвоздя.
Сегодня ценность Stone Oven House трудно свести к стоимости обстановки, площади комнат или набору удобств.
Она складывалась по частям — из найденных предметов, подарков, привезённых из разных стран, произведений художников, историй людей и человеческих связей. А годы путешествий сформировали у Сергея и Клаудии собственное представление о том, каким должен быть дом для человека, приехавшего издалека.
Именно поэтому
историю этого места
невозможно рассказать
одной линией.
Рора и Валь-Пелличе
Место, где свобода веками искала убежище.
Рора оказалась не просто красивой деревней в Альпах. В её истории снова и снова возникают темы, которые позже неожиданно отзовутся и в истории Stone Oven House: свобода, простота, знание, независимость и готовность делиться.
Вальденские общины находили защиту в этих горах, переживали преследования, изгнания и возвращения. Во время Второй мировой войны жители Рора укрывали еврейские семьи. Спустя десятилетия здесь снова находили временный дом люди, которым требовалось безопасное место.
История долины не объясняет происхождение Stone Oven House целиком — у проекта есть собственная, совсем другая предыстория. Но именно здесь стали особенно заметны неожиданные рифмы между прошлым этого места и поисками, которые привели сюда создателей дома.
Дом
Старый каменный дом, переосмысленный без потери своих исторических пропорций.
Вернареа менялась на протяжении многих поколений, но сохранила масштаб настоящего горного жилища: небольшие комнаты, низкие потолки, толстые каменные стены, массивные балки и проёмы, сформировавшиеся в разные периоды жизни дома.
При реставрации эти особенности не пытаются исправить или спрятать. Напротив, именно они задают правила работы с пространством. Старые доски сеновала становятся мебелью и перегородками, найденные в доме предметы получают новые функции, а современный комфорт встраивается в существующие пропорции, не разрушая их.
Ограниченность пространства требует точности. Отсюда возникает особая эргономика интерьера: каждый сантиметр должен быть продуман, а компактность превращается не в недостаток, а в принцип организации пространства.
Реставрация не возвращает дом в прошлое. Она позволяет ему продолжать жить, сохраняя то, что делает его самим собой.
Продолжающийся эксперимент
Stone Oven House начался задолго до того, как у него появился постоянный адрес.
История начинается с переезда Сергея Баловина в Шанхай — и цепочки судьбоносных совпадений и встреч, которые приведут его к необычному художественному эксперименту In Kind Exchange («Натуральный обмен»).
Начавшись почти как игра, он позволит художнику на годы отказаться от использования денег, отправиться в кругосветное путешествие, а затем продолжить странствия по миру, расплачиваясь за дорогу рисунками и превращая обмен в исследование свободы, доверия и гостеприимства.
Именно это продолжающееся путешествие приведёт Сергея в Италию, где он встретит Клаудию Беккато — будущую жену и соратницу. Вместе они откроют следующую главу эксперимента: уже не в дороге, а в старой усадьбе Вернареа в Итальянских Альпах.